Через день после того, как подстрекаемая фашистами толпа, созванная в Вашингтон президентом Дональдом Трампом, штурмовала Капитолий Соединенных Штатов 6 января 2021 года, Мировой Социалистический Веб Сайт написал, что эта атака стала «поворотным пунктом в политической истории Соединенных Штатов».

Замшелые восхваления непобедимости и вечности американской демократии были разбиты и дискредитированы как пустой политический миф. Популярная фраза: «Здесь это не может произойти», — заимствованная из названия заслуженно известного романа Синклера Льюиса о подъеме американского фашизма, была решительно превзойдена событиями. Здесь в Америке не только может произойти фашистский переворот. Он уже произошел во второй половине дня 6 января 2021 года.

Правильность этой оценки очевидна из того, что произошло в продолжение последних пяти лет.

6 января 2021 года Конгресс собрался для утверждения результатов голосования коллегии выборщиков, — в качестве подтверждения победы Джо Байдена и Камалы Харрис. То, что должно было явиться конституционной формальностью, стало мишенью организованной операции по насильственному аннулированию результатов выборов.

Толпа в несколько тысяч человек по приказу Трампа двинулась от Белого дома, прорвала слабые полицейские баррикады и взяла штурмом Капитолий. Организованные фашистские военизированные формирования — прежде всего «Гордые парни» (Proud Boys) и «Хранители клятвы» (Oath Keepers) — силой проникли через двери и окна и возглавили штурм здания. Последующие судебные процессы установили, что ведущие фигуры этих организаций виновны в заговоре с целью мятежа и связанных с ним тяжких преступлениях, направленных на срыв утверждения результатов выборов. Насилие было реальным и продолжительным: во время нападения пострадали более ста сорока полицейских.

Политической целью являлось свержение Конституции и аннулирование результатов выборов. Виселица, возведенная мятежниками у Капитолия, не была гротескным реквизитом; это было заявление о намерениях. Собственный вице-президент Трампа Майк Пенс и спикер Палаты представителей от демократов Нэнси Пелоси чудом избежали пленения. Если бы ведущие чиновники были захвачены, переворот получил бы необходимый рычаг воздействия — путем казни или взятия заложников, — чтобы вынудить капитуляцию демократов и навязать стране политический результат, отвергнутый избирателями.

События 6 января не были стихийной импровизацией. Это стало кульминацией заговора, который развивался в течение ряда месяцев и набирал обороты по мере приближения инаугурации Байдена. Отчет об импичменте, подготовленный Палатой представителей сразу после событий, задокументировал линию поведения Трампа в месяцы, предшествовавшие 6 января, включая его попытки оказать давление на чиновников, созвать сторонников в Вашингтон и направить их на штурм Капитолия.

Трамп находился в центре заговора. Он пытался заставить государственных чиновников и губернаторов отменить подтвержденные результаты народного голосования. Наиболее вопиющий случай произошел в Джорджии, где он оказывал давление на высшего чиновника штата, отвечающего за результаты голосования, чтобы тот «нашёл» достаточно голосов для изменения итогов выборов. Когда эти усилия провалились, заговор сосредоточился на событиях в Вашингтоне 6 января: план заключался в том, чтобы заблокировать утверждение результатов выборов, создать институциональный паралич и использовать насилие для блокирования передачи власти.

Самое вопиющее в событиях 6 января не только в том, что была совершена попытка переворота, но и в том, что она была так близка к успеху и не встретила организованного политического сопротивления со стороны Демократической партии.

По мере развития штурма лидеры демократов не призвали население мобилизоваться в защиту демократических прав. Сенаторы и члены Палаты представителей бежали и прятались; не было призыва к массовым действиям, не было призыва к общенациональной мобилизации рабочего класса и не было попыток превратить общественное возмущение в активное сопротивление. Реакция Байдена во время попытки переворота заключалась не в призыве к народу, а в обращении к Трампу — главному заговорщику переворота — по национальному телевидению с призывом отозвать контролируемые им силы.

Демократы больше всего боялись, что народная мобилизация против переворота быстро примет форму более широкого социального взрыва, — оппозиции, которая выйдет из-под их контроля и приобретет прямой антикапиталистический характер. Их «защита демократии» с самого начала была ограничена страхом возможной легитимизации массовой борьбы снизу.

Переворот провалился не потому, что демократические институты оказались «прочными». Он почти преуспел. Его неудача была обусловлена неопытностью, логистическими ошибками и оперативной несогласованностью заговорщиков в сочетании с их неспособностью достаточно быстро захватить решающие рычаги власти.

Развертывание Национальной гвардии округа Колумбия было задержано на несколько часов. Свидетельские показания и документы показывают, что с начала штурма до прибытия Национальной гвардии к Капитолию был промежуток примерно в 3 часа 19 минут. Эта задержка как раз и создавала окно, достаточное для победы переворота.

Результат, вероятно, был бы иным даже при слегка измененных условиях. Если бы толпе удалось взять в заложники хотя бы одного видного демократического сенатора или члена Палаты представителей, Демократическая партия быстро перешла бы к переговорам — в условиях террора — во имя «стабильности» и «национального единства». Поведение демократов во время самой атаки показало, что у них не было ни воли, ни программы для ведения подлинной борьбы против диктатуры.

Для Демократической партии гораздо важнее, чем защита демократических прав, было сохранение «двухпартийного» единства для преследования стратегических приоритетов американского империализма, прежде всего эскалации конфронтации с Россией.

Даже непосредственно после 6 января Байден и лидеры демократов настаивали на необходимости существования «сильной Республиканской партии», сигнализируя о своей решимости восстановить тот самый политический инструмент, который организовал мятеж Трампа. Ориентация демократов во власти заключалась в обеспечении сотрудничества с республиканцами в области внешней политики, военных ассигнований и расширения аппарата национальной безопасности, а также подавления любой независимой политической мобилизации населения.

Ход войны на Украине подчеркивает эту классовую логику. Администрация Байдена неоднократно добивалась выделения огромных пакетов финансирования и полагалась на «двухпартийные» механизмы для ведения прокси-войны против России, кульминацией чего стало одобрение Конгрессом крупных пакетов помощи Украине при значительной поддержке обеих партий. На практике «защита демократии» внутри страны была подчинена требованиям войны за рубежом.

Крах демократов наиболее ярко проявился в их поведении во время кампании 2024 года и после нее. Во время той кампании ведущие демократы заявляли, что Трамп является фашистом, и что его избрание будет означать установление диктатуры. Однако, когда Трамп победил, они пассивно приняли результат и ничего не сделали для сопротивления новому режиму. Их предупреждения служили целям предвыборной борьбы, а не являлись стратегией остановить диктатуру. Необходимо было обеспечить «плавный переход» власти.

После возвращения Трампа к власти «нормализация» мятежа ускорилась. Одним из первых действий Трампа стало общее помилование всех обвиняемых по делу 6 января, оформленное в виде президентской прокламации.

Расследования, которые тянулись годами, были затем свернуты или нейтрализованы после победы Трампа на выборах. Специальный прокурор Джек Смит, который сейчас является мишенью юридических преследований со стороны республиканцев в Конгрессе и Министерства юстиции Трампа, сообщил комитету Палаты представителей по надзору в прошлом месяце, что Трамп явно планировал переворот 6 января: «По нашему мнению, свидетельства демонстрируют, что он его вызвал, что он им воспользовался, и что для него это было предсказуемо», — сказал Смит.

За последний год с момента возвращения к власти администрация Трампа форсировала систематический заговор с целью установления диктатуры, который должен добиться того, чего не удалось достичь 6 января. Это выразилось в развертывании войск Национальной гвардии в американских городах, жестоком натиске на иммигрантов, открытом неповиновении судам, криминализации политической оппозиции и угрозах ввести в действие «Закон о восстании».

Вторжение в Венесуэлу и похищение президента Николоса Мадуро являются откровенным гангстеризмом. Заявление Трампа о том, что Соединенные Штаты будут «управлять» Венесуэлой после операции, знаменует собой точку невозврата. Риторика Трампа лишена каких-либо притязаний на законность, повторяя аргументы преступных военных операций нацистского Третьего рейха.

Эти действия неотделимы от внутренней траектории режима: безнаказанность заговорщиков-мятежников, политические преследования оппозиции, управление путем указов и «нормализация» насилия в качестве государственной политики. Неизбежно следует фундаментальный вывод: защита и возрождение демократических прав невозможны без борьбы за социализм.

Партия Социалистического Равенства борется за формирование новой базы массового сопротивления диктатуре. Это связано с развитием классовой борьбы, одушевленной ясной антикапиталистической перспективой. Требуется не «широкая коалиция» во главе с Демократической партией, а независимая политическая мобилизация рабочего класса против олигархии и ее государства.

Это означает, в первую очередь, систематическое развитие комитетов рядовых рабочих — на заводах, рабочих местах, логистических узлах, в школах, больницах и рабочих районах. Эти органы демократической рабочей самоорганизации имеют решающее значение: они предоставляют практические средства для того, чтобы сломить хватку корпоративистской профсоюзной бюрократии, объединить борьбу в разных отраслях и регионах, защитить иммигрантов и уязвимые сообщества и превратить разрозненный гнев в согласованные действия, направляемые социалистической программой.

Эту борьбу необходимо продолжать в 2026 году. Уроки 6 января — и того, что последовало за ним, — должны быть вписаны в коллективную память рабочего класса не как сетования, а как руководство к действию: диктатура не будет остановлена путем апелляций к тем самым институтам и партиям, которые ее породили. Ее можно остановить только посредством сознательной политической мобилизации рабочего класса с целью взятия власти, экспроприации олигархии и реорганизации общества, как в Соединенных Штатах, так и на международном уровне, на социалистических основах.